По состоянию на пятницу 21 апреля, число политзаключенных в Беларуси достигло 1500 человек. Представитель Кабинета по социальным вопросам Ольга Горбунова заявила, что ситуация с политзаключенными сложнее, чем мы привыкли думать. Она считает, что реальное количество людей, сидящих за политику, минимум втрое больше.
— Несколько недель назад Следственный комитет заявил о 1500 «экстремистских» уголовных делах с августа 2020 года только в Гомельской области. Правозащитникам известно о 492 из них. Это 33%. Почему это происходит? — рассуждает Горбунова. — Из-за масштабных репрессий родственники задержанных боятся признать своих близких политзаключенными — и это их право, мы понимаем и уважаем их выбор. Боятся ухудшить условия содержания и лишить последнего шанса на освобождение или переквалификацию по статье. Стратегию «молчания» рекомендуют и юристы, которые берутся за политические дела. Хотя, по моим наблюдениям, на конкретные судьбы не всегда срабатывает.
Также, по словам представительницы Кабинета, политическое преследование часто маскируется под экономические статьи, «хулиганство», «наркотические» дела и другие.
— Правозащитники используют разные подходы к подсчету политзаключенных. Некоторых из них обвиняют в насилии в отношении силовиков и порче имущества — из-за этого иногда сложно квалифицировать дело как чисто политическое, — считает Ольга. — Никто не был готов к такому количеству заложников режима. По подсчетам и свидетельствам очевидцев, в тюрьмах по политическим мотивам может находиться 4500−5000 человек. Или даже больше.
