Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Мы уже предупредили об этом Лукашенко». Киев может ввести санкции против беларусских мобильных операторов
  2. Цены на некоторые продукты в Беларуси резко подскочили, но кое-что и подешевело. Какие товары изменили цену сильнее всего
  3. «Просто у нас шапито закончилось». Белгосцирк объявил сразу 15 открытых вакансий — спросили, почему так много
  4. Жители деревни пожаловались на закрытие единственного продуктового магазина, власти обвинили их в том, что он был убыточен
  5. «Лукашенко нельзя назвать даже младшим партнером Путина». Кит Келлог о роли Лукашенко в переговорах США и России
  6. «Тигров кормить было нечем?» Белгосцирк ищет полтора десятка работников, в том числе через Threads
  7. «Ну что, построили они этот забор… Угрохали сотни миллионов». Лукашенко прокомментировал инцидент на границе с Латвией
  8. Макс Корж произнес одну из своих самых длинных антивоенных речей на концерте во Франкфурте
  9. «Минсктранс» похвастался новыми троллейбусами-гигантами, в комментариях люди стали писать о проблемах городского транспорта. Каких?
  10. «Может, и войны избежать удастся». Лукашенко заговорил о сотрудничестве с Литвой и Польшей
  11. «Знаю людей, которые купили себе квартиры». Как беларусский райцентр стал «игрушечной столицей» — а потом потерял это звание
  12. Трагически погибла совладелица крупнейшего беларусского медицинского бизнеса в Польше Наталья Борухова
  13. На первую половину вторника объявили желтый уровень опасности из-за заморозков
  14. Представитель НАТО назвал цифры российских потерь в Украине за прошлый месяц
  15. Трамп призвал Украину сменить президента. Зеленский ответил на это своим предложением


Политический аналитик Артем Шрайбман в новом выпуске шоу на канале «Часики тикают» рассказал, когда и почему разочаровался в белорусской политике.

Артем Шрайбман. Фото: "Зеркало"
Артем Шрайбман. Фото: «Зеркало»

Вопрос о политических амбициях Шрайбмана поднял социолог Рыгор Астапеня. Он предложил политаналитику представить, что через семь лет его амнистировали и разрешили вернуться в Беларусь.

— Ці не думаў бы ты, што трэба рвануць у палітыку? — спросил Астапеня.

Шрайбман признался, что пока не видит для себя в этом смысла. По его словам, коэффициент полезного действия Шрайбмана-политаналитика выше, чем Шрайбмана-политика.

Он признался, что этот вопрос задавал себе в детстве неоднократно. Но после 15 лет передумал.

— Чем дальше я смотрел и смотрю на эту сферу, я понимаю, что набор навыков, который нужен политику успешному, особенно в странах с не очень развитой политической культурой, — это умение манипулировать. Я не говорю «врать» или «обманывать», а именно подстраиваться под нужды аудитории, говорить аудитории то, что она хочет слышать, играть очень много в демагогию-популизм. Это подстраиваться под наименьший знаменатель своих избирателей. Если сегодня для них популярна левая повестка, нужно говорить левые вещи; если у них популярно другое, нужно говорить что-то другое. И я понял, что мне это абсолютно противно, — рассказал политаналитик, отметив, что эта работа не соответствует ему по темпераменту.

Шрайбман подчеркнул, что чем взрослее становится, тем сильнее укрепляется в убеждении, что борьба за внимание людей от него «далека-далека».

Астапеня попросил зрителей написать в комментариях, видят ли они Шрайбмана своим президентом. Вот некоторые отзывы:

  • «Только его и вижу, его или Тихановскую (не Тихановского). Правда, при текущей конституции он по возрасту не проходит)) Слишком молодой.
  • На мой взгляд, президент Беларуси в данный момент и должен быть не старше 40 лет, хватит уже этих стариков».
  • «Вижу! Люблю адекватных и последовательных людей с развитым аналитическим мышлением».
  • «Всеми руками за! Но когда-нибудь потом, хотя бы один срок Бабарико».
  • «Будет парламентская республика. Артем в таком случае не захочет быть президентом. Хотя…»
  • «Не, Арцём добры и сумленны чалавек, i таму яму нельга быць прэзiдэнтам. Ён сябе страціць».