Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Трамп заявил, что Украине пора сменить президента
  2. «Не хочу осознавать, что тебя больше нет». 17-летний парень, которого затянуло в вентустановку, был единственным ребенком в семье
  3. Данные сайта «Обращения.бел» утекли, но об этом молчат. Неизвестные выложили и сами жалобы — посмотрели
  4. БАТЭ был гегемоном в беларусском футболе, а сейчас борется за выживание. Рассказываем, как до этого дошло
  5. Как будто две разные Беларуси. Сравнили, как живут в самом богатом и самом бедном районах
  6. Бывшая уборщица купила коттедж в элитном районе Минска, который изначально стоил почти миллион долларов
  7. Еще одного производителя обуви признали экономически несостоятельным
  8. «У Лукашенко советский культ труда». Спросили у Шрайбмана, отреагируют ли власти на то, что в 2027-м почти все праздничные дни пропадут


Суд Центрального района Гомеля 12 марта завершил рассмотрение уголовного дела ведущего радиостанции «Гомель», политзаключенного Алексея Кругляка (псевдоним – Алексей Каверин). Об этом сообщает правозащитный центр «Вясна».

Фото с сайта ПЦ "Вясна"
Фото с сайта ПЦ "Вясна"

Согласно обвинению, Кругляк в закрытом рабочем чате написал несколько сообщений о протестах 2020 года: предлагал выходить на улицы города, участвовать в маршах, становиться в цепи солидарности, а также заявил о готовности присоединиться к женщинам с цветами. Эти сообщения обвинение расценило как призывы к несанкционированным митингам, грубо нарушающим порядок, а самого Кругляка — как их организатора.

Уголовное дело завели только через год, осенью 2021 года, когда кто-то из этого закрытого чата слил информацию, которая содержала призывы, спецслужбам. Алексея Кругляка задержали в декабре прошлого года.

В суде Кругляк признал вину полностью, сказав, что все «усвоил» и что кается в содеянном. В последнем слове Кругляк сказал, что согласен на все, в том числе стать «рупором пропаганды», работать не покладая рук на пользу стране, лишь бы его не отправляли в колонию, а отпустили домой к семье.

Но судья Виктор Казачок все равно назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на один год в условиях колонии общего режима.