О том, что ее дочь мертва, гомельчанка Анна Русинова узнала 29 сентября, когда ей позвонили из израильского консульства. Звонивший сотрудник сообщил, что ее старшей дочери, 30-летней Яны, уже пять дней нет в живых. В интервью израильскому изданию «Вести» беларуска рассказала, что до этого происходило в семье дочки.
«Здравствуй, Али. Как Яна и малыш? Надеюсь, у вас все в порядке»
По словам Анны, дочь не выходила с ней на связь с 20-х чисел сентября. Яна жила в Хайфе вместе с мужем-израильтянином, 28-летним Али Масваде. Пара воспитывала двухмесячного сына.
Мама убитой вспоминает, что отношения с мужем у дочки окончательно разладились после рождения ребенка. Говорит, муж «отчаянно ревновал» Яну, проверял ее телефон и был уверен, что она ему изменяет.
— Периодически он сам звонил мне в Гомель и рассказывал о своих подозрениях, называя дочь оскорбительными словами, — вспоминает Анна.
Последний раз Яна писала ей с телефона подруги: «Мама, не звони мне, я сама буду тебя набирать». Почему не со своего? Дочь рассказала Анне, что ее собственный разбил Али.
Анна ждала звонка, но прошло несколько дней — и дочь не вышла на связь. 25 сентября она написала в Viber зятю: «Здравствуй, Али. Как Яна и малыш? Надеюсь, у вас все в порядке». Говорит, что отправила мужчине фотографию куклы, которую купила для ребенка, и спросила, когда они смогут приехать в гости, потому что сама она приехать не может, так как не на кого оставить тяжелобольного мужа.
— Зять не ответил мне ни утром, ни днем, ни вечером, — рассказывает Анна. В тот момент она почувствовала: произошло что-то страшное.
Напомним, в ночь с 24 на 25 сентября муж умершей, 28-летний Али Масваде, вызвал полицию в их квартиру на улице Ха-Ацмаут в Хайфе. Приехавшие сотрудники обнаружили Яну на лестничной площадке с тяжелыми ранами шеи. Женщину в критическом состоянии доставили в больницу «Рамбам», но спасти не смогли. Полиция задержала супруга погибшей, но он отрицает, что убил жену. Адвокат Али пересказал его версию: мол, Яна поранилась сама, а он пытался ее спасти. У самого мужчины также нашли порезы.
«Мне трудно сказать, когда началась эта болезненная ревность, так было не всегда»
Беларуска говорит, что дочь впервые попала в Израиль около шести лет назад по программе «Таглит» (бесплатная 10-дневная образовательная поездка — знакомство с Израилем для молодых людей еврейского происхождения). После того путешествия Яна решила переехать в эту страну. И спустя пару лет сделала это вместе с первым мужем. Вскоре пара развелась, а затем Яна познакомилась с Али.
— Он родился в семье еврейской матери с русскими корнями и отца-мусульманина. Неплохо владеет русским. Еще до рождения ребенка Яна и Али вместе гостили у нас в Гомеле, — вспоминает Анна. — Али очень ее любил, я это знаю. Яна вытащила его в люди, заставила заняться собой, начать учиться. Мне трудно сказать, когда началась эта болезненная ревность, так было не всегда. Но я чувствовала: после рождения сына жизнь Яны превратилась в ад.
Гомельчанка отмечает, что после рождения ребенка вся забота о малыше легла на дочь. Она не высыпалась, жаловалась матери на поведение мужа и говорила, что хочет уйти — больше так жить она не могла.
— Я знала, что она страдает, но не могла себе даже представить, что ее жизнь завершится такой трагедией, — плачет мама Яны.
Сейчас двухмесячный внук Анны находится в приемной семье. Гомельчанка собирается добиться, чтобы его отдали на воспитание ей. А также хочет перевезти тело дочки в Беларусь и похоронить на родине.
