Полк «Азов» весной 2022 года на протяжении почти двух месяцев держал оборону на заводе «Азовсталь» в Мариуполе. В подземных бункерах завода был оборудован и госпиталь, где военные медики спасали раненых бойцов. О том, как проводили операции без необходимых инструментов и оборудования, пили техническую воду и делили на всех скудные припасы пищи, руководитель медицинской службы «Азова» Евгений Чуднецов рассказал «Украинской правде».
«Попасть на завод было непросто»
Чуднецов говорит, что медики, персонал и раненые эвакуировались из последней оставшейся целой больницы в городе на «Азовсталь» в начале апреля. Завод находился на другом берегу реки Кальмиус, которая протекает через Мариуполь.
— Попасть на территорию завода было непросто. Мы переплывали на лодке реку, перевозили раненых. Отплывали обычно на рассвете, когда поднимался туман. Расстояние между берегами около 1,5 км, но россияне пытались лодку потопить — каждый рейс обстреливали ракетами. Несколько — утопили.
Когда мы прорывались на «Азовсталь», пришлось нарисовать на машинах Z и ехать ночью. Россияне даже не понимали, что происходит. У меня был американский «Хаммер» (бронированная военная машина), которого у них точно никогда не было, но знак оккупантов позволила проехать несколько блокпостов. Затем противник начал хаотично бить «градами», минометами по нам.
Кроме «Хаммера» еще был БТР (бронетранспортер), в который погрузили БК (боевой комплект) и раненых. Его заптурили (ПТУР — противотанковая управляемая ракета) — погибли все, — рассказывает медик.
Госпиталь организовали в одном из бункеров — заняли одно большое и несколько прилегающих к нему маленьких помещений. В большом был стационар, в маленьких — операционная и кухня. Медицинского оборудования, которое удалось взять с собой, катастрофически не хватало.
Медикам приходилось работать нон стоп и спать всего по несколько часов в сутки. А количество раненых все увеличивалось, и каждому из них требовался уход, питание, перевязки и т. д.
— В конце апреля россияне уничтожили генераторную и засыпали два выхода, а затем ракетой пробили бункер. Одна из бомб была сброшена прямо в вентиляционную шахту, которая выходила в операционную, — ее полностью уничтожили.
Без электричества в своем бункере мы не могли готовить есть, но сохранили оставшиеся продукты. В последние дни обороны «Азовстали» все находились в одном помещении: в полутора метрах от раненых бойцов проводили операции.
Все хирургические вмешательства проводились под наркозом. До того, чтобы резать вживую, мы не дошли. Но довольно быстро закончились запасы спинальной анестезии (обезболивание, подавляющее передачу сигнала в нервах спинного мозга), поэтому делали общий наркоз.
«Кость пилили ножовкой по металлу»
Евгений Чуднецов рассказывает, что прилетавшие с «большой земли» вертолеты (на «Азовсталь» в окруженный Мариуполь украинские летчики совершили семь боевых вылетов. Туда они везли оружие, медикаменты, подкрепление, в том числе и медиков, в помощь защитникам, назад — эвакуировали тяжелораненых), они научились разгружать и загружать за четыре минуты, чтобы их не успели засечь россияне. В приоритете для эвакуации были тяжелораненые со сложными травмами, которым помощь на месте оказать не могли.
— Конечно, не все 300-е (раненые) выживали. Чаще умирали с ранениями живота, головы и грудной клетки. Принесли как-то раненого с двумя отверстиями в груди, но внутри все было как после мясорубки. Были пациенты с открытой черепно-мозговой травмой, которые оставались в сознании и перенесли операции.
Медик говорит, что коллеги демонстрировали чудеса изобретательности, сооружая необходимое из подручных материалов. А одному из раненых, спасая жизнь, смешали и перелили кровь сразу трех человек.
— Однажды по нашим позициям россияне несколько раз попали противотанковыми управляемыми ракетами. Принесли двоих раненых — Давиду оторвало ступню, а у бойца с позывным Википедия была большая кровопотеря.
Сначала на операцию взяли Давида — ему ампутировали ногу. Но в полевых условиях это выглядит даже хуже, чем в фильмах ужасов. Кость пилили ножовкой по металлу вместо специальной пилы Джильи (хирургическая проволочная пила для распиливания костной ткани). Потому что она затупилась, а новой у нас не было.
Википедия лежал на соседнем столе с турникетами, но в какой-то момент у него произошел геморрагический шок (критическое состояние организма, связанное с острой кровопотерей). Когда боец на мгновения приходил в себя, анестезиолог успела расспросить у раненого его группу крови. Гемаконов (пакетов для забора крови) не было, пришлось сливать из других бойцов и медиков кровь напрямую, — рассказывает Чуднецов.
Чтобы получить достаточный объем, смешали кровь трех человек с одинаковой группой, добавили в нее гепарин, чтобы кровь не свернулась, а затем шприцом на 100 мл вводили ее раненному. Хотя в обычной жизни так делать не стоит, но тогда в приоритете была жизнь человека, добавляет Чуднецов.
— Собаки, прибившиеся на «Азовсталь», постоянно лакомились костями, которые оставались после ампутаций. Потому что некуда было их девать — выносили из бункера и оставляли. Псы растягивали это все по территории — фактически все было усеяно оторванными конечностями, — вспоминает он.
«Неизвестность убивает не хуже, чем пули»
Не хватало перевязочного материала, антисептиков, лекарств. Проблемы были с питьевой водой. Пока россияне не разбомбили завод полностью, брали техническую воду из специальных емкостей.
— В бункере в конце апреля было около 400 раненых, и каждый нуждался в воде и пище. Все вокруг было разбомблено, готовить приходилось в другом бункере, а затем бойцы из подразделений под обстрелами бежали с рюкзаками, в которых были термосы с едой. Дневная норма на каждого раненого составляла один стаканчик (где-то 200 граммов) каши или борща.
Воды не хватало критично — даже чтобы просто попить. Каждый поход за водой — это 200-е и 300-е (убитые и раненые), — рассказывает Евгений Чуднецов.
В день раненым необходимо было не менее 200 литров. За водой бегали и с 6-литровыми бутылями, и с полторашками.
Не меньше, чем без воды, по словам медика, страдали и из-за отсутствия информации.
— Я подключил свой старый планшет к Starlink, в Telegram добавил ряд новостных групп и давал девайс кому-то из раненых, чтобы тот зачитывал новости. В тех условиях даже плохие новости лучше, чем ничего, потому что неизвестность она убивает не хуже, чем пули. Бывали дни, когда кто-то под обстрелами прибегал из штаба и объявлял всем новости от людей. Так и держались.
Напомним, территория металлургического комбината «Азовсталь» стала последним рубежом обороны Мариуполя, где защитники города находились в осаде и под обстрелами 82 дня, перед тем как им было приказано сдаться в плен.
20 мая 2022 года Минобороны РФ заявило, что территория комбината «Азовсталь» перешла под их полный контроль. О завершении операции в Мариуполе министр обороны РФ Сергей Шойгу доложил президенту России Владимиру Путину.
Читайте также
